Российский хоккей вернул олимпийское золото

Сборная России, оказавшись на грани поражения в финале, победила немцев

Отечественный хоккей вернул себе олимпийское золото, которого не завоевывал более четверти века — с 1992 года. Сборная России в Пхёнчхане выиграла его в финале, исход которого многим казался предрешенным, но получился, может быть, лучшим в истории с точки зрения сюжета. Немцы, выглядевшие его аутсайдерами, поставили российскую команду в сложнейшее положение. Чтобы добыть золотые награды, ей пришлось отыгрываться в меньшинстве, снимая вратаря, а затем дожимать соперника в овертайме. Что удалось благодаря голу Кирилла Капризова. За невероятным матчем в Южной Корее наблюдал корреспондент “Ъ” Алексей Доспехов.

Тренер сборной России Олег Знарок

Фото: Дмитрий Коротаев, Коммерсантъ / купить фото

Российских болельщиков возле стадиона в Канныне уже за час до финала было много, и некоторые из них выглядели удивительно сурово, словно бой предстоял не с командой из другого, далеко от того, к которому они привыкли, хоккейного мира, где охотятся за большой, а не локальной славой, а с ровней из мира легенд. А, видимо, все, что заставляло их перед финалом нервничать, накручивать себя, сводилось к мысли насчет того, что ну ведь не может же, чтобы победа на Олимпиаде досталась так просто?! Чтобы после «разминочной» осечки на старте со словаками потом один за одним шли разгромы. И чтобы даже в главном матче России достался не кто-то из главных соперников, а команда, о которой как о равной перед Олимпиадой и не думали. Не бывает же такого!

И, наверное, сомнения этих людей продолжали терзать весь первый период. В нем не происходило ничего, что говорило бы о том, что второй для сборной России черный день на этом олимпийском турнире судьба приберегла на его концовку. Российская сборная сразу же осталась в меньшинстве, но играла так плотно, что немцы потратили две минуты абсолютно без результата. После этого россияне принялись проверять голкипера Данни аус ден Биркена бросками Вячеслава Войнова, Сергея Мозякина, Кирилла Капризова. Российская команда, сама заработав большинство, заставила вратаря с самой заковыристой фамилией на турнире вставать скалой перед палившими в упор Капризовым и Павлом Дацюком: Биркен как-то выкрутился. Россияне держали немцев в ежовых рукавицах, давили, и если бы завесить российскую половину площадки темным занавесом, те, кто смотрел игру, ничего бы, по существу, не потеряли. Интересного на ней творилось мало. На половине противоположной что-то интересное происходило постоянно.

А забить между тем никак не удавалось. Сборная Германии, уже прошедшая шведов и канадцев, снова демонстрировала поразительную «плавучесть», способность выживать под таким жутким гнетом, под которым никто больше не уцелеет. Она подпитывала сомнения.

Немцы наверняка думали, что свою задачу-минимум — устоять до перерыва — уже выполнили, когда за полминуты до него выводили шайбу из зоны. Но Павел Дацюк, король перехватов, отнял ее, а вскоре от Никиты Гусева она уже катилась в центр зоны на готовящегося к могучему щелчку Войнова. Он успел нанести этот щелчок, прошивший Биркена и едва не прошивший в сетку, за полсекунды до сирены. Сомнений и терзаний стало поменьше.

Как российские хоккеисты сыграли в полуфинале с чехами

Но вскоре они появились снова. Сборная Германии — подобно чехам, американцам, до этого бесславно павшим в неравных сражениях с разогнавшейся российской командой — обязана была по логике отреагировать на пропущенный гол так же, как реагировали они,— то есть ринуться отыгрываться, раскрыться и нахватать еще стопку шайб. Но она почему-то продолжала терпеть и сидеть в засаде. И вдруг, в середине второго периода, выловила свой момент, а Феликс Шюц не без везения, но закинул шайбу в ворота Василия Кошечкина.

Это уже было неприятное событие. А еще неприятнее было то, что после своей — то ли шальной, то ли логичной, поскольку какой-то же награды за свое безграничное терпение аутсайдеры точно заслужили,— немцы осмелели. Да нет — не осмелели, а оборзели настолько, что половину периода отыграли, ни в чем не уступая сборной России! Этот финал называли формальностью, даже фарсом, имея в виду, что лимит чудес немецкая команда исчерпала, а класса у нее по сравнению с россиянами — с гулькин нос. Но он получался настоящим финалом. И предположения насчет того, что немцы уже устроили свой праздничный банкет после такого неожиданного успеха в полуфинале против канадцев, сейчас казались кощунственными. Они ничего еще не праздновали. Они мечтали о том, о чем мечтать вроде бы не имели право. И убивать эту немецкую мечту было невероятно тяжело.