Квалификационная аттестация судей: есть ли иной путь к справедливому правосудию?

Проведение конституционно-правовой реформы в судебной сфере безотлагательно требует комплекса усилий государства и общества, чтобы преодолеть негативный постулат «Сам себе судья». Изменения в Конституцию Украины, касающиеся судебной власти, — это только первый шаг к цели установления в стране справедливого правосудия. Для этого нужна решительность и ответственность всего общества, прежде всего самого судейского корпуса. Начинать сегодня нужно с главного — вернуть доверие народа и решительно освобождать судейскую систему от некомпетентных и недобросовестных судей. Этим важным вопросам был посвящен круглый стол «Квалификационная аттестация судей — есть ли иной путь к правовому правосудию?», к участию в котором редакция пригласила известных украинских правоведов: постоянного представителя Верховной Рады Украины в Конституционном Суде Украины профессора Анатолия Селиванова; Председателя Высшего хозяйственного суда Украины Богдана Львова; Председателя Высшей квалификационной комиссии судей Украины профессора Сергея Козьякова.

Итак, чего ждать от нашей судебной системы после вступления в силу 30 сентября изменений в Конституцию Украины в части правосудия и нового Закона Украины «О судоустройстве и статусе судей».

Б. Львов: Начинать нужно с изменений в Конституцию, а конституционные изменения были направлены главным образом на устранение политического контроля и политического влияния на судебную власть.

Впервые в истории Украины глава государства отказался от полномочий по назначению судей на должности, и в дальнейшем назначение или увольнение судей входит в компетенцию Высшего совета правосудия.

Одновременно были повышены возрастные требования — увеличен минимальный возраст, по которому можно стать судьей, возросли требования к стажу работы судьи и ликвидирован так называемый пятилетний испытательный срок, к которому было много замечаний со стороны иностранных экспертов. Последний элемент был существенным рычагом влияния на судью: будет ли он избран бессрочно или нет, а из-за этого появлялась возможность требовать принятия судьей определенных решений.

От этого Украина отказалась, и судья после прохождения квалификационного отбора и назначения будет считаться избранным бессрочно. И это должно сказаться на качестве решений.

Что касается новой редакции Закона «О судоустройстве и статусе судей», то, безусловно, наиболее масштабные изменения — относительно высших судов и Верховного Суда Украины: вместо Верховного Суда Украины и трех высших судов (Хозяйственного, Административного и Специализированного суда по рассмотрению уголовных и гражданских дел) будет единый Верховный Суд. Надеемся, что это повысит качество судебных решений и, возможно, ускорит их рассмотрение.

— То есть специализация судов, которая была раньше, остается?

Богдан Львов.

Б. Львов: Последние два года шли напряженные дискуссии, что лучше: специализация судов или специализация судей. Даже говорили, что должны обеспечить специализации судей в каждом районном суде. Но простите, и в каждой районной поликлинике обеспечить роботу всех специалистов невозможно.

И я благодарен законодателю, у которого хватило ума сохранить законодательное ведение, которое было, и не разрушать то, что работает, и работает эффективно. Сохранены и административные суды, и хозяйственные.

Анатолий Селиванов.

Более того, в новой редакции закона предложили создать две новые структуры. Это Высший специализированный суд по вопросам интеллектуальной собственности и Антикоррупционный суд. Хотя в отношении Антикоррупционного суда Закон «О судоустройстве и статусе судей» вступает в силу после того, как к судьям этого суда будут законом сформулированы требования. Следует отметить, что мы лишь на начальном этапе судебных преобразований. Впереди еще большая работа по усовершенствованию правового регулирования, в частности, принятия процессуального законодательства, которая должна, так сказать, догонять конституционные изменения.

А. Селиванов: Вопросы квалификационной аттестации судей сегодня чрезвычайно актуальны, и не столько для самих судей, сколько для общества. Низкое доверие граждан к судам и судьям имеет свои объективные и субъективные причины, особенно для тех, кто отстаивал свои права в судопроизводстве, когда неоспоримый статус судьи и верховенство права превратились в «право судьи» вне закона принимать судебные решения.

Особенно это чувствуется тогда, когда участник процесса заявляет мотивированный отвод судьи из-за его низкой квалификации, незнания законов и нежелания ими руководствоваться. Если это становится очевидным, то не помогает и заявленный отвод такого судьи, ведь закон дал судьям преференцию, когда каждый судья решает отвод себя самостоятельно. Тогда чему удивляться, когда общество без оговорок заявляет — нужны решительные меры против судей, которые задействованы в коррупционных схемах, в таком позорном явлении, как рейдерство, и вообще в принятии неправовых решений. Сколько вопиющих случаев судейской некомпетентности я встречал, работая членом Высшего совета юстиции, но и сегодня эти многочисленные негативные явления судейского произвола очень больно поражают общественные интересы против закона и справедливости. Наверное, уместно спросить, а существует ли предварительная подготовка кандидатов на должность судей для последующей судейской работы бессрочно? Дать ответ будет проблематично. Нужна новая система специальной подготовки и вместе с тем проверки способности претендентов осуществлять правосудие. Тогда логично воспринимать через определенный период прямую необходимость квалификационного оценивания в пределах основной деятельности судей, но исключительно в пределах профессиональных требований и критериев морально-этического характера. Вот почему в судопроизводстве судья не только имеет особый судебный статус, но и обязан его реализовать в интересах права и справедливости. Итак, в этом представлении каждый судья — не чиновник, а представитель самостоятельной и независимой судебной власти.

— Чтобы сформировать надлежащий судейский корпус, который обеспечит качественное правосудие, надо иметь соответствующий государственный орган, имеющий к тому же полное доверие у общества. Речь идет о Высшей квалификационной комиссии судей, которой поменяли полномочия, касающиеся проведения аттестации судей, оценки их образа жизни и т. п. Фактически от оценивания судей, осуществляемого комиссией, и будет зависеть восстановление доверия общества к правосудию.

Б. Львов: Вообще-то, оценивание судей — это исключение в мировой практике, которое должно произойти в Украине. Оценивание судей, по результатам которого избранные кандидаты пойдут еще учиться, — крайняя мера. Мир не воспринимает любое оценивание для судей, в результате которого они могут потерять работу. Поскольку стабильность должностного положения гарантирует беспристрастность судьи и свободу в принятии им решения. То есть это гарантия осуществления свободного и справедливого правосудия. Но вследствие того социального запроса, который сложился у нас за последние годы, фактически государство и судьи были вынуждены согласиться и пойти на эти революционные шаги, в том числе и внедрение новых оснований для увольнения судей, например, в случае невозможности доказать законность источников происхождения имущества.

С. Козьяков: Я хотел бы начать с темы происхождения института оценивания судей в Украине. Два года назад у нас произошли революционные события. И очень многие люди и политики хотели одномоментно уволить всех судей. Это привело бы к коллапсу и невыполнению одной из самых важных конституционных функций государства: минимум на два года прекратилась бы работа судей.

Как альтернатива был предложен институт оценивания, который довольно сложен и уникален, как только что сказал его честь судья Львов. Уникален в мировой практике, в том числе европейской, в Соединенных Штатах.

Всеобъемлюще — нигде такого института нет. Оценивание в других странах происходит внутри судов — сами судьи оценивают, или председатель суда оценивает судей, или суды с вышестоящей инстанцией оценивают судей из низших инстанций. В Украине этим занимается орган в системе судоустройства. Это коллективный орган, где работают 14 членов — 10 судей в отставке, 4 адвоката и юристы-ученые.

В чем состоит процедура оценивания и как она происходит. Есть три основных критерия: это компетентность, или профессиональная квалификация, это соблюдение этических норм и это соответствие добропорядочности — раньше такой критерий никогда не упоминался. Поскольку в глазах общества судьи, у которых могут быть очень дорогие автомобили, или много квартир, или они десятки раз в год ездят за границу, выглядят странно.

Конечно, есть судьи, которые соответствуют общим представлениям государственного человека о его поведении, образе жизни. Лично я считаю, что судья не должен быть бедным. У судьи должно быть достаточно средств, чтобы он нормально себя чувствовал. У него должны быть хорошие костюмы, одежда, нормальный автомобиль, который не разваливается, нормальная квартира и т. п.

Сергей Козьяков.

Могу сказать, что согласно закону, который вступил в силу в марте прошлого года, все судьи должны пройти первичное квалификационное оценивание. На сегодняшний день его прошли почти 400 судей — судьи, которые претендуют на пожизненное избрание, судьи апелляционных судов, расположенных в Киеве. Как результат: 20 процентов судей, которые подали в отставку еще до начала оценивания, решили не проходить оценивание по разным мотивам, 60 процентов судей успешно прошли оценивание.

Оценивание проходило в два этапа. Первый этап — экзамен, занимающий весь день, — анонимный тест, когда судьи излагают устойчивую правовую позицию Верховного Суда Украины и содержание решений Европейского суда по правам человека. Во второй половине дня мы уже лично общаемся с судьей, мы даем ему практическую задачу, он может подготовиться и дать свой вариант решения. Нам не важно, правильно ли он в конце решил, нам важно понимать, как он работает как судья, как он идет к этому решению.

Через неделю мы с судьей обсуждаем так называемое судейское досье. Раньше такой папки с подобранными документами не было в Украине. Судейское досье существует во многих странах. В досье есть документы, подтверждающие его образование, его карьерное движение, также автобиография — информация о нем и ближайших родственниках. Информация о его решениях в рассмотренных делах и его отмененных решениях. Это очень важно и говорит о качестве работы судьи. Также в досье заносится информация фискальных финансовых (налоговых) деклараций, из которых мы можем узнать об имуществе судьи. Есть информация о доходах судьи, о недвижимости, автомобилях, а также об имуществе ближайших родственников. И, в конце концов, информация, которая довольно чувствительна: это аналитические материалы Национального антикоррупционного бюро, которые раньше никогда не предоставлялись. Поскольку она касается не только судей, но и их родственников, в том числе на определенный прошедший период, и показывает, например, какое имущество приобретено судьей, его родственниками, за какие средства, как давно, какие именно автомобили, квартиры, земельные участки и т. п.

Могу сказать, что многие судьи смогли очень логично и доказательно объяснить свои расходы и приобретения. Некоторые не смогли, и для таких судей мы объявили перерыв. Дали возможность лучше подготовиться и позже предоставить нам доказательную информацию об этих расходах или приобретениях.

Что важно: согласно закону любое заинтересованное лицо может присутствовать во время этой процедуры. Благодаря техническим возможностям любой человек практически может наблюдать за всей процедурой отбора судей. Хочу подчеркнуть: так глубоко и в такой форме процедура оценивания в мире никогда не проводилась.

Когда такая процедура отбора судей была закреплена законодательно, довелось услышать очень много критики. С одной стороны, общественность и политики говорили, что это не приведет к результатам, надо все равно всех судей уволить, если не одновременно — в течение года-двух, но всех. А когда начали проводить открытые оценивания, на которых присутствовали представители общественности и журналисты, критика практически исчезла.

Конечно, не всем судьям нравится эта процедура, но те, кто прошли, чрезвычайно довольны. Поскольку, обсудив имущественные вопросы, с вынесением положительного решения о законности его приобретения, судья фактически получает нулевую декларацию. В этой части к нему абсолютное доверие. Также он получает доверие к нему как к специалисту после того, как он прошел первые этапы процедуры оценивания.

А. Селиванов: Учитывая развитие интересных соображений профессора С. Козьякова, как главы ВККС, нужно объяснить логику конституционного нормирования. Во-первых, необходимо учесть, что квалификационное оценивание — это своеобразная замена 5-летнего испытательного срока для судей, которые потом должны были назначаться Верховной Радой Украины на должность судьи бессрочно. Во-вторых, квалификационное оценивание снимает упрощенный подход к судье в качестве носителя полномочий судебной власти. Ведь судьи получают при назначении бессрочно «мандат судебной власти». Общаясь с судьями, понял, что это — вовсе не путевка на курорт. Мандат символизирует присягу на верность Конституции и законам Украины, безусловную ответственность перед обществом. Именно на обязанности служить обществу указывает нагрудный знак судьи, и потому его мандат — это не «золотая медаль в спортивных соревнованиях», а обязанность соблюдать стандарты (конституционные прежде всего) профессиональной деятельности. Это важный шаг к реформе правосудия в интересах общества и каждого конкретного человека. Однако мандат дает право на достойную оплату труда и надлежащее применение высоких полномочий в судопроизводстве. Понятно, что судейскую деятельность по прошествии какого-то времени необходимо проверять, то есть оценивать по критериям, определенным Конституцией и законами Украины. Таким образом, я попробую сформулировать новый образ судьи, которого именуют «ваша честь». Мы исходим из того, что судья — это профессионал в правовом смысле, это человек, который глубоко уважает себя, высоко ценит свое ремесло и неотделимый от него образ жизни. Итак, квалификационное оценивание — это установленные Конституцией и законами Украины процедуры по критериям и принципам служения государству и обществу.

Б. Львов: Идеальной системы судоустройства в мире не существует. Иначе ее бы скопировали все. Главная проблема сегодня — недостаточное доверие общества к судебной системе в целом. Гражданин, который обращается в суд, из-за не всегда корректного поведения судьи в судебном заседании не считает себя равноправным участником процесса. К сожалению, такое отношение к нему иногда демонстрирует и сам суд.

Соответственно человек, который пришел в суд для решения важного для него вопроса, не считает, что его услышали, не считает, что дали возможность донести свою позицию. Или еще хуже, даже имеет доказательства того, что его не слышат. И, безусловно, последствием этого является снижение доверия. Однако такое поведение в судебном заседании может быть и последствием общей довольно невысокой культуры. Но навыки нарабатываются. И первый опыт необходимо получать еще в школе судей. Кстати, во Франции, например, даже если профессор или доктор наук изъявит желание стать судьей, то его шесть месяцев будут учить, как это делать. Он профессор в своей сфере, а судью еще необходимо подготовить. Поэтому ныне в процессуальных кодексах планируются изменения. И вопрос отвода судьи должен решаться не судьей, который рассматривает дело, а другим судьей, не принимающим участия в процессе.

Анатолий Селиванов.

А. Селиванов: Исследуя судебную практику, можно утверждать, что правосудие есть там, где сформировался и функционирует ответственный и квалифицированный корпус судей. Но пока такого профессионально подготовленного к правосудию резерва нет, нет также перспектив скорого улучшения и самого правосудия.

В конце сентября этого года вступают в силу изменения в Конституцию, которые установили три важных принципа: а) судья занимает должность бессрочно; б) на должность судьи претендует и назначается специалист в области права со стажем профессиональной деятельности не менее 5 лет и в возрасте не младше 30 лет; в) судью невозможно привлечь к ответственности за принятые судебные решения. На мой взгляд, именно эти принципы отображают решающее условие независимости судьи, но надо было уточнить, что ответственность судьи была и должна быть за неправосудные судебные решения.

Реформа судебной власти принесла судьям отмену пятилетнего испытательного срока на должности судьи, который, разумеется, заменяет такой институт, как квалификационное оценивание. Этот важный институт гарантии профессионализма был закреплен парламентом в статье 127 Конституции Украины. Вступая в должность, судья получает так называемый правовой суверенитет, когда определены такие критерии, как компетентность, добропорядочность, образование (желательно с магистерским дипломом) и стаж профессиональной деятельности. Возникает вопрос, почему в статью Конституции еще дополнительно внесено требование проверки законности источников происхождения имущества, возможных крупных денежных вкладов в банках и т. д. Разве может этот критерий относиться к квалификационному оцениванию. Если прямой связи с квалификацией судей в этом случае не существует, то нужно принять во внимание, что судьям разрешено заниматься творческой работой по совместительству, судью-ученого с высшей квалификацией всегда охотно зачисляют по совместительству преподавать юридические дисциплины и т. п. Поэтому можно только приветствовать то, что судья самостоятельно написал диссертацию, получил научное звание и на высоком профессиональном уровне способен вершить правосудие. Однако нельзя не заметить уже многочисленные случаи увольнения опытных судей апелляционных и высших судов. Это крайне негативная тенденция снижения профессиональной квалификации самих судов.

Для подтверждения указанных критериев оценивания каждого судьи (кроме судей Конституционного Суда) согласно статье 131 Конституции предусмотрено создание специальных органов в системе правосудия: Высшего совета правосудия и Высшей квалификационной комиссии. Таким образом, законодателю еще нужно внедрить конституционную модель в законы материального и процессуального права.

Богдан Львов.

Б. Львов: Судья не должен нести ответственность за правовую позицию, которую он изложил в деле. Во всем мире признано, что письменный результат работы судьи, который оформляется в судебном решении и им подписан, — это лучший способ проверить компетентность судьи, а также то, как он работает. Довольно легко проанализировать причину отмены судебных решеий, даже спросить судью, сможет ли он объяснить, как он работает над ошибками, устраняет их или повторяет снова и снова. И это, с точки зрения оценивания, позволяет принять решение в отношении судьи. Именно практика работы судьи — это наиболее качественный и фактурный материал для оценивания. Что касается отбора кандидатов из числа ученых или адвокатов, которые также ныне могут стать судьями, то здесь будет сложнее определить их способность работать судьей.

— Насколько сегодня критерии оценивания судьи, которые применяет ВККС, совершенны?

С. Козьяков: Хочу напомнить, что мы менее полугода работаем по такой процедуре, где применяется такое количество критериев. Это больше похоже на пилотный проект, а вот в следующей процедуре, которую мы объявили национальным проектом, которая появится во второй половине этого года, мы будем применять больше критериев. Это будет касаться формирования судейского корпуса Верховного Суда. Этот конкурс должен проходить с применением процедуры квалификационного оценивания. Также будет применена процедура психологического оценивания. То есть будут психологические тесты, с помощью которых оценят, в частности, и такой критерий, как стрессоустойчивость.

В отборе в Верховный Суд будут принимать участие не только судьи. Претендовать на должности будут ученые, представители разных направлений юридических профессий. Но для всех есть такой критерий — они должны иметь стаж не менее 10 лет. Сразу поднимаем планку довольно высоко. Вместе с тем у нас возникает проблема, как сравнивать между собой претендентов. Мы подумали, что вопросы, которые мы будем задавать представителям каждой из этих профессий, могут быть одинаковы. Например, тот же анонимный тест и выполнение практического задания могут быть для всех одинаковы. Для адвокатов, которые представляли интересы клиентов в судах (подчеркну, не просто адвокатов, а именно тех, кто принимал участие в судебных процессах), думаем, должны быть разработаны отдельные критерии оценки. А вот с учеными немного сложнее. Так вот, мы будем выставлять одинаковые баллы за профессиональные достижения всем категориям претендентов, например, 100 баллов. А потом сравним количество этих баллов.

В законе указано, что новый Верховный Суд должен быть сформирован в течение 6 месяцев после вступления в силу закона. То есть 30 сентября вступает в силу закон, плюс шесть месяцев — и у нас должен быть новый Верховный Суд. Хочу привести несколько примеров, касающихся ученых-судей. При оценивании почти 400 судей мы увидели несколько десятков кандидатов юридических наук. Всем я лично задал вопрос о теме диссертации, научных руководителях, оппонентах, статьях, которые они публиковали. Почти все квалифицированно, серьезно, основательно рассказывали об этой стороне своей деятельности. И здесь мы добавляем «плюсы», потому что это свидетельствует о способности повышать профессиональный уровень. А вот одна судья, к сожалению, не смогла вспомнить, кто у нее был научным руководителем, хотя она защитилась за три месяца до даты оценивания. И мы вынуждены были объявить перерыв для принятия решения в отношении такой судьи.

Лично я считаю, что в новом Верховном Суде должны быть юристы-ученые и юристы-практики. Почему? Потому что Верховный Суд получает чрезвычайно важные новые полномочия, в том числе у нас фактически будет институт прецедента, как в англосаксонском праве, когда решение определенной высшей судебной инстанции является обязательным при решении аналогичных споров в других судах. Мне кажется, если мы сформируем согласно новым требованиям Верховный Суд, то вся судебная система, довольно быстро, «придет в себя». И проблемы, которые есть в разных инстанциях, будут нивелированы.

— Сергей Юрьевич, вы сказали, что Высшая квалификационная комиссия за несколько месяцев этого года фактически рассмотрела только 400 кандидатов на должность судьи. А всего в Украине около восьми тысяч судей. Как долго квалификационная комиссия будет работать над первоначальной оценкой и когда народ сможет ощутить реальные изменения в правосудии, что там действительно уже работают люди, имеющие право «творить справедливость»?

С. Козьяков: Оценивание 381 судьи началось 17 февраля и было завершено 6 июня этого года. Оно осуществлялось по двум разным процедурам: по первой происходило оценивание судей, претендующих на бессрочное избрание, а по второй — комиссия должна была определиться относительно рекомендации судей на бессрочное избрание по результатам оценивания.

Я хочу напомнить, что у нас почти десяток процедур, в частности и дисциплинарная, которую мы теперь передаем в Высший совет правосудия. Есть определенное количество часов, которые мы, как коллективный орган, можем выделить для заседаний. Было время, когда мы проводили эти процедуры комиссией в полном составе. Теперь мы организовали работу коллегии в составе трех членов комиссии. Это ускорило работу. Ныне новая редакция закона о судоустройстве позволяет комиссии самостоятельно решать все эти организационные вопросы.

В последнее время судьи и судебная власть были под давлением чрезвычайно жесткой критики политиков, средств массовой информации и общества. Это привело к тому, что сотни, скоро это будут тысячи, судей подают в отставку. Они не выдерживают психологического давления, оскорблений, обвинений, иногда безосновательных. В результате до конца года тысячи две, или больше, судей уволятся. К чему это приведет? Могу сказать, что сегодня, по данным статистики, в 95 судах в Украине мы имеем менее пятидесяти процентов заполненных должностей судей. Есть суды, где работает один судья из пяти. Он не может пойти в отпуск, не может заболеть. К тому же нарушается цель, с которой было внедрено автоматизированное распределение дел, — почти все дела распределяются на одного и того же судью. А есть суды (было три, теперь их два), где нет ни одного судьи, и вершить правосудия там некому.

Сергей Козьяков.

Нам срочно нужно осуществлять меры по наполнению новыми судьями. А чтобы подготовить нового судью согласно действующему закону, нужно иметь пять лет стажа, возраст не менее 30 лет, полное юридическое образование и 12 месяцев учиться в Национальной школе судей, плюс определенные процедуры оценивания и избрания — это еще до 12 месяцев. Итак, общее время составляет почти два года. И это еще без гарантии того, что человека назначат судьей. К тому же не следует забывать, что Национальная школа судей способна принять только 120—150 человек в год. Конечно, есть и другие возможности формирования судейского корпуса. Закон дал возможность по сокращенной процедуре брать на должность судьи помощников судей, которые проработали не менее трех лет. Но это снова две-три сотни, а нужно несколько тысяч. Безусловно, все это может существенно повлиять на качество судебного процесса, на сроки рассмотрения дел.

— Благодарим за встречу. Надеюсь, что на нашем столе прозвучали дельные и важные мысли, предложения, которые услышат законодатели. Нашему законодательному органу есть над чем еще поработать в части организации квалификационного оценивания, усовершенствования кадрового обеспечения судебной системы Украины, чтобы не довести систему до такого коллапса, о котором мы говорили.